Вы все в нашей памяти…

День памяти журналистов погибших при исполнении обязанностей, прошел в России 15 декабря.

Светлая память журналистам, погибшим на территории Донбасса с 2014 года, а так же помним всех, кто помогал доносить голос правды до широкой общественности. Помним погибших Андрея Стенина, Анатолия Клян, Игоря Корнелюка и Антона Волошина. Вечная им память!!!

Моя статья будет посвящена живым. Журналистам, которые остались живы или выжили после тяжелых ранений.

Журналист, с которым я познакомилась в Донецке, сопровождал гуманитарный конвой из Крыма. Зовут моего знакомого Константин Ковригин, если вы наберёте в поисковике «ПолитНавигатор» Константин Ковригин, то попадёте на статью о его поездки, а вот о нашем знакомстве я сейчас расскажу.

В конце октября 2014 года Константин попросил показать ему наиболее пострадавшие города и посёлки, где на тот момент велись боевые действия. Браться за такую «экскурсию», а тем более нести ответственность за жизнь журналиста дело хлопотное, но очень хотелось донести правду и мы, выбрав маршрут, отправились с самого утра в путь.

Первым пунктом нашего маршрута стал посёлок Коммунар, который только недавно был отвоёван у сил ВСУ. Посёлок вернули с разрушенным мостом, «размарадёренным» и без каких либо коммуникаций. Отсутствовал свет, вода. За буквально считаные дни, общими усилиями удалось восстановить мост, линии электропередач, расселить людей оставшихся без жилья в пустые дома. Люди провели тридцать шесть дней под обстрелами в подвалах, когда солдаты ВСУ покидали посёлок, на БТР были примотаны холодильники, плазмы, вырванные с кусками гипсокартонной стены и прочая бытовая техника. Пока люди прятались в подвалах, в их домах хозяйничали «освободители» и после их ухода остались пустые шкафы и гаражи. Обо всём этом нам рассказали жители в местном клубе. Узнав, что мы с гуманитарной миссией жители настоятельно просили нас съездить в многодетную семью, в чей дом при обстрелах попал снаряд, но им уже комендант посёлка выделил дом и помог переселиться. Дали нам адрес и даже сопроводили к месту. По пути рассказали следующую историю.

Многодетная семья жила в большом доме. Семь человек детей, младшему недавно только исполнилось семь месяцев. Во время обстрелов они просто не успевали прятаться, да и в подвале для детей уже было сыро и холодно. В тот день, когда случилась беда, большое семейство обедало на кухне, а самый младший спал в кроватке. В дом попал снаряд, и его осколки чудом ни кого не убили, только малышу осколки посекли фаланги пальчиков.

– Сейчас у них всё хорошо, – успокаивали нас соседи.

– Комендант им дом дал, уголь завёз, продуктов дал.- Вторила ещё одна соседка, бабулька в старенькой куртке, укутываясь в тёплый платок.

– Вещей им завезли для детишек, – встряла ещё одна соседка.

Возле нас с Константином собралась порядочная толпа. Все хотели поделиться своими горестями и небольшими радостями. Вдруг одна из соседок посмотрела на меня и так тихонечко, просительно сказала:

– А можно им свет сделать?

– Какой свет? – удивилась я.

– Да им всё дали, только свет подключить забыли. Уже три дня без света маются.

Я была хорошо знакома с комендантом, позывной «Мэрс». Набрала его номер и спросила:

– У вас тут многодетная семья есть, которая без дома осталась…- договорить он мне не дал.

– Да есть. Мы им дом дали, уголь, продукты, вещи.

– А свет? – спросила я.

Минутная тишина, а потом вопрос:

– А что у них света нет?

– Нет, забыли подключить!

– Не знал! Мне не сказали! Сегодня же свет будет!

Свет в этот же день действительно подключили. Мы узнали об этом на обратном пути уже вечером. Пока я вела беседы с комендантом Константин успел познакомиться с семьёй и подружиться с детьми, тем более, что мы выехали не с пустыми руками, и у нас было чем побаловать малышей.

Дальнейший наш путь лежал в мой родной город Кировское. Город находился в полу окружении. Его обстрел вёлся с трёх сторон. Самая знаменитая шахта «Комсомолец Донбасса» ждала нас впереди.

В город мы въехали без приключений. Шахта «Комсомолец Донбасса» встретила нас разгромленной проходной, пустыми, посечёнными осколками автобусами, у которых вместо окон были вставлены куски фанеры. Самое многолюдное и градообразующие предприятие встретило нас тишиной, и только гул от вентиляционного ствола нагнетал и так не очень приятную обстановку. Мы вошли в центральное здание и встретились с исполняющим обязанности директора шахты Лазовским, до боевых действий он был главным инженером, когда начались обстрелы и многие бежали, взял руководство в свои руки. Благодаря ему удалось сохранить предприятие, которое работает, по сей день и кормит город. Он нас повёл на первый этаж, где прятались от постоянных обстрелов рабочие. Ни одного застеклённого окна, все забиты фанерой. Нас повели к самому значимому объекту на всей шахте – вентиляционному столбу. Воздух под землёй – это жизнь, если не будет подачи кислорода, люди просто погибнут. Зная это, силы ВСУ прицельный вели огонь по стволу. Мы не успели дойти каких-то пятьсот метров, начался обстрел. Если вы когда ни – будь, работали с журналистами, то знаете, какой это упрямый народ. Константина ели удалось уговорить уйти в укрытие и покинуть шахту.

Дорога наша пролегала через микрорайон 18-й квартал. Пока мы были на шахте, город, а в частности микрорайон подвергся массированному огню. Наш микроавтобус остановился в эпицентре событий. Константин, схватив свою камеру Gopro и начал снимать всё что видел, а мы ходили позади него, как хвостики, опасаясь, что обстрел возобновиться.

Первый этаж девяти этажного дома. Ни одной стены, ни окон, ни дверей. На первый взгляд ощущение, что заехал погрузчик и ковшом смёл всё в один угол. Среди этого хаоса ходит мужчина средних лет с опущенными руками и что-то пытается найти. Я не помню, какие вопросы задавал Константин. Я помню только потерянный взгляд мужчины и потом зарождающуюся надежду после общения с нами, что об этом будут знать и не забудут.

Съёмки детского садика «Вишенка» – это трудно передать словами. В разбитых окнах детские кроватки, игрушки вперемешку с осколками. В 2016 году садик восстановили, и он снова работает, снова там детский смех, утренники и улыбающиеся дети, но когда я работала на его восстановлении, всегда перед глазами была картина, детские кроватки и игрушке, через разбитые стёкла.

К вечеру мы вернулись в Донецк. Потом через пару дней Костик уехал и мы больше не виделись, но появилась статья в «политнавигаторе» и фильм «Гуманитарный конвой» режиссёра Ковригина, а так же масса нападок со стороны Украинских СМИ. Я подтверждаю, Константин Ковригин был в октябре 2014 года на Донбассе. Он действительно лез под обстрелы, чтобы все увидели правду.

Упомяну ещё одного моего знакомого журналиста Андрея Лунёва. Я не была с ним знакома до трагических событий в Широкино. Мы познакомились с ним уже в Москве благодаря моему другу Александру Гончаруку, который занимался реабилитацией Андрея и проводил с ним занятия фланкировкой. Моё впечатление от встречи с Андреем, осталось самым светлым. Я увидела волевого человека, который ни смотря на ранение стремиться жить. Старается познать, что-то новое и борется за жизнь. Андрюша я желаю тебе здоровья и возвращение в профессию, без которой я знаю, тебе всё не в радость. Дорогие наши трубадуры правды, борцы за истину оставайтесь такими, какие вы есть и пусть весь мир знает, что происходит через призму ваших объективов. Слава Вам и уважение за Ваш труд.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *